- Александр Владленович, Вы уже двадцать лет призываете к созданию общества, адекватного пост-индустриальным задачам, к созданию информационных альтернативных поселений, к социальным преобразованиям, которые обеспечат пост-индустриальный технологический прорыв. Сейчас об этом говорят многие, даже президент. Значит ли это, что Ваши идеи побеждают?

- Увы, об этом говорить рано, и ситуация в этом отношении сегодня хуже, чем двадцать лет назад. Словеса о «пост-индустриальном обществе» и о наукоградах чаще всего – дань моде, желанию «быть как Европа». А иногда и хуже – повод распилить бюджетных денег. Даже у честнейших людей, выступающих с подобными лозунгами, обычно нет понимания – технологические достижения сегодня возможны только на основе изменения социальных отношений. Альтернативная община (смыслополис, нооград, футурополис, креативное поселение – возможны и другие названия того, за что мы выступали и выступаем) – это не КБ, а сложная самоуправляющаяся социальная структура, в которой все от яслей до кафе направлено на творческое создание и востребованную реализацию продукта – и информационного, и вполне осязаемого. Скажем, община Христиания в Копенгагене производила хорошие велосипеды, пропагандируя тем свои экологические принципы. Сейчас достаточно технических наработок для переворота во всей нашей жизни, но они не будут востребованы, пока не возникнет «социальный заказ», соответствующая социальная структура. Вряд ли нынешние правители могут даже осознать масштаб этой задачи.

- Какими должны быть ее черты?

- Исследование мировых социальных процессов и локальных экспериментов с альтернативными поселениями показывает, что человечеству срочно требуется сеть равноправных креативных сообществ, в которых функции творца, управленца и исполнителя не жестко разделены, как сейчас, а синтезируются. Это – самоуправляемые сообщества творческих работников, интеллектуальных «ремесленников», которые сетевым образом соединены с коллегами в других пунктах страны и мира. Чтобы эти сообщества могли эффективно работать, они не должны отвлекаться на ежедневную «борьбу с жизнью» в автобусе, в автомобильных пробках, в очередях к чиновнику, в поиске дополнительного заработка и так далее, и так далее. Результаты деятельности такого информационного работника (мы называем его информалом) должны оказываться в его руках, и лишь в ясно определенной пропорции уходить на решение социальных и политических задач, которые он может контролировать через структуру делегирования и электронной демократии. Иначе коррупционное бюрократическое общество убьет любую инициативу и расхитит любые ресурсы.

- Получается, информал все же должен отвлекаться от «основной работы»?

- Обязательно! Он не должен быть рабом работы. Но он должен заниматься не бытовой текучкой, которая висит как гиря на ноге, а собственно человеческими занятиями – высокой культурой, художественным творчеством, литературой, психологией, участием в управлении обществом и своими делом. А для этого и нужны ноограды, где собственно быт будет оптимизирован, где человек будет жить в электронном коттедже среди интересных людей, где сообщество помощников будет освобождать его от суеты. А сами помощники также будут жить рядом и заниматься интересной для них профессией выстраивания социальной ткани. Сегодня такой «антрепренер» есть только у раскрученной звезды, а должен быть у каждого человека, кто может сотворить что-то полезное, но не знает, как это организовать, осуществить.

Таким образом, смыслополис – ядро, семя, из которого вырастает целое поле корневых связей, нуждающихся и в политической надстройке, защищающей этот новый сектор общества, новую субкультуру от бюрократических и просто криминальных «крыш».

- Но, может быть, можно объяснить все это Медведеву? Он же тоже хочет получить золотые яйца от той курицы, которую Вы предлагаете вырастить.

- Им хочется и яички получать, и курочку на супчик отправить. Я не имею в виду именно Медведева. Пока его речи напоминают о Манилове. Но социальным носителем власти сегодня является бизнес-бюрократическая полуфеодальная каста, и если Манилов на троне хочет стать революционером на троне, он должен осознать необходимость создания новых социальных структур, а не просто новых заводов. Деньги на новые заводы разворуют, а новые социальные структуры дают людям стимулы для самоотверженной работы. Взять общину «Китеж». Когда в ней возникли альтернативные общественные отношения, мы трудились не за деньги. И в чистом поле возник городок для детей-сирот. Не за государственный счет, между прочим. Но этот проект не может дальше развиваться как альтернативное поселение – социальная среда гасит его потенциал. Значит, без изменения среды ничего не выйдет. Если Медведев решится ее менять – он войдет в историю как ее реальный деятель. Но он наивно верит, что достаточно определить отрасли, где должен произойти «прорыв», вкачать туда немножко денег, и прорыв произойдет. Также заблуждался Горбачев с его концепцией «ускорения».

Пост-индустриальная модернизация - не просто технологический, а именно социальный проект. Пока верхи это не поняли, ничего у них не получится и с технологиями. Наша страна останется периферийной, и будет все дальше погружаться в болото разложения или подходить к грани революционного взрыва. И перед каждой властной группой будет становиться все та же дилемма – или углубление кризиса, впадение в варварство, или тот путь, который предлагаем мы: сеть альтернативных поселений и креативных субкультур, которая защищена государственными структурами. А для этого и само государство должно быть перестроено в интересах информалиата и его очагов. Здесь можно вспомнить и о проекте Советского возрождения, и об электронной демократии, и о делегированной федерации, и о других концепциях, выработанных социалистической мыслью.

Конечно, хотелось бы, чтобы в системе власти появились «прогрессоры», «предатели своего класса», которые помогли бы нам провести нужные меры оптимальным путем. Но скорее всего, нам предстоит иметь дело с более катастрофическими сценариями. А пока загнивание системы продолжается, нужно собирать силы, моделировать структуры будущего в наших человеческих связях, помогать каждому семечку будущего прорасти.

- «Собирать силы», «моделировать структуры будущего в наших связях».. Это звучит несколько абстрактно. Каковы должны быть сегодня тактические действия со стороны гражданского общества? Как оно может проконтролировать реализацию кремлевских деклараций? Наверное, в условиях «кризиса жанра» акций протеста оппозиции должны возникать в том числе и новые методы политической борьбы…

- Сколько вопросов сразу. Давайте разбираться. Плохи не старые методы борьбы, а неверная точка приложения сил. Если сравнивать митинги с шилом, то плохо не шило, а то, что вы пытаетесь им проколоть бетон. Сколько ни колоти - ничего не выйдет. Но под стену можно подкопаться, ее можно перелезть. И шило не нужно выбрасывать - он пригодится для других задач.

Гражданское общество в целом сейчас не является субъектом перемен. Оно в значительной своей части консервативно - правозащитники, протестные движения, "несогласные", экологи и другие борцы действуют во имя тактических, "коротких" целей. Свергнуть чиновника, не меняя систему. Защитить дом или несколько деревьев, когда кругом уничтожаются кварталы и леса. Отсюда неустойчивость одних групп и "оборонительный", рефлекторный характер действий других. Власть атаковала - мы защищаемся. У нее всегда инициатива. А нужно, чтобы инициатива была у "нас". "Мы" - это не все разношерстное гражданское общество, а те, кто имеет проект, "утопию", конструктивную модель будущего. Если она у вас есть, вы должны сравнивать сущее и будущее, и находить те узлы реальности, где кроется корень различия. И воздействовать именно на них. Такое социально-политическое "иглоукалывание". Это тоже абстрактная мысль, но не будем "выдавать весь план". Абстрактное требование хорошо тем, что может быть приложено к очень разным ситуациям. А они действительно различаются в зависимости от точки приложения, и важно, чтобы все усилия помогали решить общую задачу: создание сети активистов, которые, работая в разных сферах, понимают ситуацию близким образом, которые, планируя каждое действие, задумываются - как это связано со стратегией. И митинги, и статьи, и выступления в блогосфере, и листовки на стенах нужны нам ради того, чтобы помочь окружающим людям понять: это общество может быть заменено принципиально иным. У вас проблемы с ДЭЗом? Жилищная сфера может быть устроена принципиально иначе и гораздо удобнее. Реку загадили стоки? Корень экологических проблем - в социальном устройстве. И так далее. Бессмысленны выступления, которые не заставляют людей задуматься о чем-то для них новом.

Но наша "атака" на общественное сознание будет не очень убедительна, если мы не сможем предоставить работающие модели новых отношений. А их можно создать уже сейчас только из нас самих - моделировать структуры будущего в наших связях. Давайте опробовать наши принципы в субкультуре или в альтернативных поселениях. Давайте покажем окружающим, что можно жить иначе - лучше и интереснее.

- Сегодня часто говорят о девальвации идеологий. Считаете ли Вы, что время идеологических битв ушло, и теперь возможна консолидация прогрессивных общественных сил на общей платформе «Вперед, в постиндустриальное будущее»?

- Из сказанного видно, что общей платформы нет. Для одних пост-индустриальное общество - это синоним Запада (что очень наивно). Для других - общество, которое возникнет на основе революционных социальных преобразований (что не исключает и глубоких реформ сверху). Так что мы остаемся в самой гуще идеологической битвы между демократическим социализмом с одной стороны и различными отрядами защитников прошлого - авторитарной и плутократической государственности, разделения людей по сортам и кастам. Мы противопоставляем старому миру самоуправление, социальное творчество, информальность жизни.